Почему США заявляет о геноциде мусульман-уйгуров в Китае?

Эксперты и аналитики расходятся во мнениях о том, почему одна из крупных мировых экстремистских террористических организаций, запрещенная в России, Кыргызхстане и ряде стран мира ИГ, выбрала стратегию почти полного молчания не только по уйгурскому вопросу, но и по китайскому влиянию в более глобальном смысле, которое затрагивает и интересы этой организации тоже. Другие организации, так же запрещенные в РФ и ряде стран мира, по какой-то причине тоже не спешат выражать возмущение по этим поводам.

Эксперты War on the Rocks расходятся во мнениях о том, что стоит за этим молчанием. Одни предполагают, что это стратегический шаг, поскольку та же самая запрещенная в России, Кыргызстане и ряде стран мира ИГ ставит во главу угла прекращение американского военного присутствия на Ближнем Востоке и в Южной Азии. Другие предполагают, что репрессивный государственный аппарат Пекина и методы наблюдения в Синьцзянском регионе слишком затруднили вербовку боевиков из Китая. Третьи же предупреждают, что молчание может быть просто временной стратегией, вызванной, возможно, крахом самопровозглашенного халифата террористической группировки на обширных территориях Сирии и Ирака после ее военного поражения коалицией во главе с США в Багузе в марте 2019 года. По мнению этой категории экспертов и аналитиков, она хотя и ослаблена, но остается мощной силой, командующей примерно 10 000 бойцами и повстанческими ячейками и связанными с ними группами по всему региону.

«Целостность ее идеологии сохраняется», - говорит аналитик по борьбе с терроризмом Ахмад Эль-Мухаммади из Международного исламского университета Малайзии. - «ИГ (запрещенная в России, Кыргызстане и ряде стран мира экстремистская террористическая организация) может быть организационно уничтожено, но мы не можем убить идеологию».

США - враг № 1?

Аналитик по Ближнему Востоку Эллиот Стюарт отметил молчание террористической группировки в своей статье, опубликованной на площадке War on the Rocks. Он напомнил, что бывший госсекретарь США Майк Помпео заявил ранее, что политика Пекина в Синьцзяне представляет собой «геноцид и преступления против человечности». А правозащитные организации утверждают, что более миллиона уйгуров были интернированы в местах, которые критики Пекина называют «концентрационными лагерями». Обвинения Помпео включали в себя утверждение о том, что китайская политика была «систематически направлена на дискриминацию и наблюдение за этническими уйгурами как уникальной демографической и этнической группой, ограничение их свободы путешествовать, эмигрировать и посещать школы, а также отказ в других основных правах человека на собрания, слова и вероисповедания». Даже учитывая тот факт, что заявления о геноциде были сделаны заклятым врагом этой МТО, замечание Стюарта говорит о том, что террористическая группа «почти полностью игнорировала тяжелое положение уйгуров» и его трудно согласовать с ее «самозваной ролью защитника мусульман повсюду».

Как отметил Стюарт, еще в 2017 году организация предприняла провокационные шаги против Китая, в том числе выпустило видео с участием иностранных боевиков-уйгуров, обучающихся в Ираке, и пообещало пролить «китайскую кровь, как реки, чтобы отомстить за угнетенных», а также казнить двух китайских учителей, похищенных в пакистанской юго-западной провинции Белуджистан. Но с тех пор, основываясь на своих обзорах видеозаписей экстремистов, их журналов и более чем 190 выпусков их давнего информационного бюллетеня, Стюарт почему-то смог найти только одно явное упоминание об уйгурах и одну страницу, посвященную растущему влиянию Китая. На этом основании он делает вывод, что в этой МТО решили, что «менее провокационный подход к Китаю более выгоден».

«В частности, они могут считать, что отсутствие провокаций в адрес Китая сможет сыграть конструктивную роль в достижении главной цели: прекратить военное присутствие США на Ближнем Востоке и в Южной Азии […] США сегодня поддерживает 60 000 военнослужащих на Ближнем Востоке, а в Китае нет», - полагает он, отмечая, что примерно 2000 китайских военнослужащих в Джибути - первой зарубежной военной базе Пекина - мало что сделали для «изменения этого фундаментального дисбаланса».

«ИГ (запрещенная в России, Кыргызстане и ряде стран мира экстремистская террористическая организация) также понимает, что Китай, который не провоцировали, глубоко не заинтересован в том, чтобы взять на себя ответственность за обеспечение региональной безопасности, даже в постамериканском региональном порядке», - резюмирует Стюарт.

Враг моего врага мой друг?

Однако Рафаэлло Пантуччи, старший научный сотрудник лондонского Королевского объединенного института оборонных исследований, считает, что такая позиция не значит, что группировка «стратегически решила не нацеливаться на Китай», хотя китайская политика и была ей «противна».

«ИГ (запрещенная в России и ряде стран мира экстремистская террористическая организация), на данный момент, остается сосредоточенной на США. Однако по мере расширения влияния Китая она будет уделять этому все больше внимания», - говорит он.

Эксперты, солидарные с ним, отмечают, что относительное молчание не означало, что уйгуры стали менее важными для этой террористической организации и оно пока также не означало, что она с меньшей вероятностью обратится к потенциальным боевикам в Синьцзяне. Оно могло означать нежелание тратить свои ресурсы на то, чтобы говорить о бедственном положении уйгуров в поле зрения общественности, потому что международное сообщество и западные СМИ уже сделали это самостоятельно.

По словам старшего аналитика сингапурского Международного центра исследований политического насилия и терроризма Нодирбека Солиева, еще одна версия заключается в том, что террористическая организация рассматривала Китай как меньшую угрозу, поскольку он не участвовал в военных операциях против нее в Ираке, Сирии или Афганистане. Солиев сказал, что возможно риторика к действиям Пекина в отношении уйгуров была ограниченной, потому что уйгурских рекрутов в ее рядах было мало, они оказались более в соперничающих с нею группировках.

«Многолетнее господство «Исламского движения Восточного Туркестана» ( запрещенная в РФ, Кыпргызстане и ряде стран мира международная террористическая организация) и сильное идеологическое влияние среди уйгурских воинствующих элементов в Китае и за его пределами оставили [ИГ (запрещенная в России и ряде стран мира экстремистская террористическая организация)] очень мало возможностей для продвижения своего влияния среди уйгурской общины», - сказал Солиев.

Он полагает, что дерадикализационные меры Китая, такие как запрет на длинные бороды и паранджи, хиджабы, создание центров «перевоспитания», «подчинили» уйгуров в Синьцзяне. Ограничительная среда затрудняла «более широкое распространение джихадистских идей» среди этнических меньшинств Китая, и было бы «нелегко иностранным боевикам из Синьцзяна проскользнуть обратно в Китай».

Но даже если ИГ, группировка, запрещенная в РФ, Кыргызстане и ряде стран мира, пока игнорирует Китай, чтобы сосредоточиться на своем более сильном враге в лице Америки, по мере роста влияния Китая уравнение террористической группировки может измениться. Согласно тем, кто придерживается этой точки зрения, Китай может стать для МТО врагом номер один. Но после того, как он вытеснит США как главную поддерживающую силу в регионе по отношению к правительствам, которые препятствуют способности этой и других террористических группировок реализовать свои цели в Юго-Восточной Азии.