Правозащитник: «День солидарности с Кашмиром – не праздник, а день геноцида»

Доктор Амджад Аюб Мирза, писатель и правозащитник из кашмирского Мирпура, нашедший в изгнании убежище в Великобритании, отмечает, что день 5 февраля, который установлен Пакистаном как День солидарности с Кашмиром –  праздник в честь геноцида и оккупации. Так как он был основан в честь поддержки им террористических группировок в Джамму-и Кашмире в 1990 году, и его цель – завоевать общественное одобрение традиции постоянного разжигания религиозно--военного ура-патриотизма.

По его словам, каждый год этот день используется для того, чтобы «раздуть антииндийские, считай, антииндуистские настроения», а в последние годы и для того, чтобы «обвинить правительство Моди в Индии в лишении народа Кашмирской долины (в Индии) основных прав человека». И на этом фоне представить «узурпаторскую пакистанскую армию как единственного защитника  идеологических и географических границ» региона.

Амджад Аюб Мирза говорит, что уже несколько недель в пакистанской части Кашмира нет муки. Субсидия на муку, предоставляемая тем, кто живет вдоль пограничной линии контроля, была отменена пакистанским правительством. Люди постоянно протестуют против нехватки муки, электричества и чистой питьевой воды, кроме того, в течение нескольких месяцев пакистанские правительственные служащие в регионе не получали свою зарплату. На этом фоне праздник выглядит так же бесчестно, как и история его создания, считает правозащитник.

«В январе 1990 года, когда джихад в Афганистане был завершен и пакистанская армия больше не могла продвигать в регионе свой религиозно-культурный нарратив, зараженный джихадом, пакистанская межведомственная разведка (ISI) с помощью «Джамаата-и-Ислами» ( запрещенной в России и ряде стран мира) и под руководством своего амира Кази Хуссейна Ахмеда разработала новую стратегию. Амир предложил отмечать 5 февраля как День солидарности с Кашмиром. День был отмечен как скрытое празднование геноцида кашмирских пандитов в индийской стороне долины Кашмира в январе 1990 года, когда сотни тысяч кашмирских индуистских пандитов были вынуждены покинуть свою многовековую родину и стать скитальцами на равнинах Индии и за ее пределами. Празднование 5 февраля в качестве Дня солидарности с Кашмиром также стало и средством завоевать общественное одобрение традиции постоянного разжигания религиозно-фашистско-военного ура-патриотизма», – говорит он, добавляя, что так Исламабад «обратил индийское население, живущее под пакистанской оккупацией, против их собственной родной земли».

«Они бомбардировали [идеологией] людей, включая студентов, создавая учебную программу, которая преподается в школах и колледжах, в которой Индия представлена как враг, тем самым предоставляя пакистанскому военному ведомству воображаемого врага. Кашмирский день солидарности на самом деле является днем ненависти, праздником смерти и разрушения и практикой, которая превращает людей в фанатичных и кровожадных зомби и роботов, готовых без раздумий заколоть или перерезать горло своим собратьям», – с горечью отмечает он.

Тем страннее выглядит на этом фоне речь, произнесенная главнокомандующим пакистанской армией генералом Камаром Джаведом Баджвой на недавней церемонии выпуска Пакистанской военно-воздушной академии в Равалпинди. Она поразила жителей как Индии, так и Пакистана, контролировавших Кашмир и Гилгит-Балтистан тем, что, в отличие от предыдущих выступлений в духе военного шовинизма, генерал просил мира в регионе.

Баджва сказал, что для достижения мира он хочет проводить «политику мирного сосуществования» и что обеим странам «пришло время протянуть руку мира во всех направлениях». На первый взгляд это может показаться подлинной переменой в настроении пакистанской правящей верхушки, но такое выступление можно расценивать с нескольких точек зрения, по мнению Амджада Аюба Мирзы.

«Это станет реальностью только в том случае, если генерал проведет переговоры с Индией и немедленно прекратит трансграничные обстрелы, что считается тактикой, направленной на то, чтобы помочь террористам проникнуть на территорию индийского союза в Джамму-Кашмире, предоставив им прикрытие огнем. Следующим шагом в направлении установления мира станет закрытие сотен тренировочных лагерей террористов-джихадистов, разбросанных по всему Пакистану, Кашмиру и Пенджабу. Третьим шагом в направлении установления регионального мира было бы вступление в переговоры с Индией о безоговорочном выводе пакистанских военных из контролируемых Пакистаном Кашмира и Гилгит-Балтистана и возвращении индийских территорий, которые Пакистан незаконно оккупировал с 22 октября 1947 года. И, наконец, генералу Баджве придется приостановить весь проект КПЭК (Китайско-Пакистанского экономического коридора) до тех пор, пока не будет завершена мирная передача наших земель. Речь генерала Баджвы имеет и другое значение. На волне дипломатической изоляции Пакистана на международной арене он посылает сигнал не только международному сообществу о том, что пакистанская армия готова вести переговоры о мирном урегулировании в Афганистане, но и о том, что дистанцируется от правительства премьер-министра Имрана Хана», – считает правозащитник.

Так же Амджад Аюб Мирза полагает, что послание генерала Баджвы также может быть адресовано внутренней аудитории, поскольку в Пакистане неспокойно. Экономический и политический кризис грозит обернуться массовыми протестами, направленными в сторону Исламабада.

«Только время и действия, предпринятые генералом в течение следующих двух недель, могут дать знать [прояснить ситуацию]. Но это еще и игра на выжидание, согласует ли генерал свои слова с действиями и в каком направлении [они будут]», – заключает он.