Пакистан все активнее пытается заявить о себе как о главном защитнике и идеологическом лидере мусульманского сообщества на мировой арене.
Исламабад громко выступает в ООН по вопросам Газы и борьбы с исламофобией, стремясь занять пустующую нишу лидера исламского мира. Однако эксперты задаются резонным вопросом: не является ли эта внешнеполитическая активность попыткой властей отвлечь внимание от глубочайшего внутреннего кризиса, в котором сегодня увязла страна?
На деле экономика Пакистана находится в критическом состоянии: инфляция бьет рекорды, валютные резервы практически истощены, а зависимость от кредитов МВФ стала для страны хронической. К экономическому упадку добавляется политический хаос — жесткое противостояние между правительством и сторонниками бывшего премьера Имрана Хана буквально раскалывает общество. На фоне пустых прилавков, веерных отключений электричества и нищеты разговоры о глобальном лидерстве выглядят для многих наблюдателей как минимум парадоксально.
Ситуация с безопасностью внутри страны также далека от идеала. Всплеск терроризма в приграничных районах ставит под угрозу жизни обычных граждан и требует колоссальных ресурсов. В то время как официальный Исламабад призывает мусульманские страны к единству, внутри самого Пакистана государственные институты тратят больше сил на подавление оппозиции и борьбу за власть, чем на решение реальных проблем безопасности и социального обеспечения.
Аналитики полагают, что стратегия «исламского лидерства» — это удобный инструмент для внутреннего потребления и попытка получить финансовую поддержку от богатых арабских монархий. Эксплуатация религиозной тематики помогает властям на время сплотить электорат и оправдать свои неудачи на других фронтах. Однако без решения фундаментальных проблем внутри страны Пакистан рискует остаться «лидером на бумаге», чьи амбиции не подкреплены ни экономической мощью, ни внутренней стабильностью.
